ТОФАЛАРСКИЙ НАРОДНЫЙ КОСТЮМ

     Тофалария расположена в отрогах Восточного Саяна, это страна живописных гор, стремительных рек, дремyчей тайги и альпийских лугов. Ослепительно белые даже в разгар лета снежные пики отделяют Тофаларию от Тувы на юге, реки отсюда устремляются на север, на равнину, или на запад, в Минусинскую котловину, к Енисею.

     Тофы или карагасы – малочисленный, компактно проживающий в Саянских горах Нижнеудинского района. На вопрос, когда произошло «превращение целого народа в народ-осколок,  под владычеством русских или до прихода завоевателей – можно ответить только предположительно. Русские, придя в Присаянье, застали карагас в состоянии, близком к современному, и уменьшение их количества произошло задолго до покорения Сибири»,- так писал профессор Иркутского университета Б.Э.Петри в 1927 г. в одной из своих работ «Охотничьи угодья  и расселение карагас» (Петри,20). От 400 до 500 колеблется численность населения Тофаларии с прошлого века. 

     Переломным моментом в жизни тофаларов стал конец 20-х годов. При новой власти они не только получили новое имя — тофы, тофалары, но и вынуждены были отказаться от привычного образа жизни. Государство создало условия для перехода этого народа к оседлости, для чего в 1930-1931 гг. было построено три ныне существующих поселка:  Алыгджер, Нерха, Верхняя Гутара. Конечно, тофалары не стали жить в поселках «безвыездно» — пастухи оставались при оленьих стадах, охотники надолго покидали поселок, когда в охотничий сезон расходились по своим угодьям, порой весьма далеко от дома. Тем не менее значительная часть тофаларов стала оседлой. Изначально в этих поселках поселились и русские, и с тех пор межнациональное общение стало тесным и регулярным, возникли прочные соседские, дружеские, а позднее и родственные связи.

     Зимой можно связаться с «центрами цивилизации» по зимникам, временным дорогам, проложенным по льду замерзших рек, просекам. А летом — либо конные вьючные тропы, либо авиация. По воздушным линиям сюда доставляется практически все, от мебели до кирпича. Но если видимость плохая — а это в горах не редкость — или размокли от дождя травяные «аэродромы», связь с «материком» может прерваться на несколько недель, и это доставляет местным жителям немало хлопот — они остаются без света (здесь движки работают на привозном топливе), без товаров в магазинах. И лишь в экстренных случаях, например, если кто-то тяжело заболел, пробиваются сюда сквозь непогоду вертолеты, совершая так называемые «санрейсы». И сейчас в Тофаларию можно попасть только случайным попутным рейсом, может быть, только этим самым «санрейсом».

     Кочевое оленеводство и охота – основные традиционные виды занятий тофаларов, рыболовство и в прошлом играло также важную роль. В связи с этим интересным представляется рассказ об образе жизни тофаларов М.Н. Кангараевой, 1930 г.р., проживающей в с. Алыгджер Нижнеудинского района Иркутской области:

     «Летом тофалары уезжали в горы, на белки. Там олени пасутся хорошо летом. А зимой тофы жили, где кедр растет, чтобы добывать себе кедровые орехи, мясо. Весной они сюда, в долину, приезжали. Так всю жизнь в дороге. Кочевниками они были ведь. Если умрет у них человек, они делали сруб бревна на три. На этот сруб ложили мертвого человека и оставляли ему и оленя его ездового, и седло его, котелок, кружку, продукты – все около него привязывали, все это ему оставляли: дескать, он это поест, на своем олене в мир умерших поедет. Тофалары оставляли там умершего и на это место иногда совсем не возвращались. Тайга тут большая. А покойник долго не лежал. Когда портиться, пахнуть начинал, медведь придет, его всего раскидает. А родственники этого не видят и когда может возвращаются на это место, думают, что умерший уже к предкам уехал.

Так тофалары всю жизнь кочевали, ездили. Если ребенка, рассказывали, родишь сегодня, а завтра – зима ни зима, январь ни январь, холод ни холод – садись и езжай дальше кочевать. Даже отдыхать женщинам после родов не давали, а они ведь слабенькие после родов-то. Куда они спешили? Очень много раньше тофаларов эпидемией унесло, чёрной оспой. Просто юртами, говорят, лежали. Много-много людей умерло. Если надо было им ехать продукты набирать в Покровск или еще куда, никогда женщину не отправляли. Ездил за продуктами только мужчина, а за женщиной, говорили, сильно привязывалась всякая болезнь, всякая зараза. Врачей тогда не было, лечить некому было, вот шаманы и лечили. Вообще-то они здорово понимали в медицине, травами лечили. От каждой болезни травы они знали. Знали, от чего человек болеет, как его поправить, какую траву рвать надо.

Чем тофалары питались? Они в основном ели мясо. Зверя добудут, сырым мясо едят, строганинку, шашлык делали. Но медвежье мясо они никогда сырое не ели. Сало медвежье ели, жир топили. Рыбу тофалары ели только речную, озерную не ели, потому что в озерах вода стоячая, рыба пахнет тиной и больная встречается. Воду сырую тоже не пили, всегда ее кипятили, только кипяченую пили.

Долго в одной юрте не жили. Например, живет семья в юрте на одном месте неделю, земля, трава уже вся стаптывается, грязно становится. Женщина тогда юрту на новое место переносит, где чисто. На счет этого они чистюльки были. А мы сейчас живем на одном месте. Убираем, убираем дома, а пыль-то остается, и мы эту пыль глотаем вместе с разной заразой. Поэтому и болеем часто, долго не живем.

Много умерло тофаларов, когда их согнали в поселок. Эта посуда, эта пыль, вот все это и повлияло. А в тайге они очень здоровые были, редко болели.

Тофаларские дети на оленьем молоке росли. Летом и осенью свежее пили, а зимой мерзлое ели. Готовили его так. Если какого-нибудь зверя добудут, внутренности его (кишки, брюшину) женщины вымоют, высушат. А осенью размочат эти кишки, и у них получались больше мешки. Оленье молоко накопят и наполняют им кишки, а осенью молоко у оленихи густое, вкусное полезное.

Когда приходит зима, тофалары эти мешки с молоком рубят топором и ребенку дают. Потому у тофаларских детей не бывало ангины, щеки у них краснели, как яблоко. Люди же раньше закаленные с детства были, в тайге рождались» (Записано в 1995 г. Г.В- Афанасьевой- Медведевой и Н.В.Вяткиной от М.Н.Кангараевой. ФА ИГПУ).

Исторически сложилось так, что в годы советской власти коренной народ фактически оказался на содержании государства, при этом стал терять навыки традиционного хозяйствования, совершенствования приемов рационального землепользования  и интерес к таежным угодьям.

Современная Тофалария живет трудно. Прежде всего экономически. Но важно и то, что и материальная культура этого народа – старинная одежда, украшения, утварь для самого тофа безвозвратно утрачена. Основная ее часть собрана и увезена в музей этнографии и антропологии им. М. Маклая в Петербурге, где сформирована отдельная коллекция и создан целый раздел по Тофаларии, в Иркутском краеведческом музее и краеведческом музее г. Нижнеудинска.

Одежда, украшения, обувь тофов были крайне примитивными, но удобными в использовании. Лучшие женские одежды шились из китайского шелка. В Алыгджере Петр Николаевич Киштеев рассказывал: «Наша семья была богатая, стояла на втором месте по количеству оленей – более 400-500 голов. Мать шила одежду из шкур, но в торжественные или праздничные дни одевалась хорошо: в шелковые китайские платья». Конечно, не каждая семья имела такой праздничный наряд. В основном была одна одежда – кожаны из шкур, в которых ходили зимой и летом. Спали в тех же кожанах. Кожан-тон (тоф.)  - зимний халат из выделанной шкуры оленей, кабарги с мехом внутрь или без меха, в зависимости от времени года. Сшивались кожаны жилой дикого зверя. Для рукоделия также  широко  использовался  подшейный волос оленя. Несколько волосков, собранных в жгут, прокладывали по основе и прихватывали потайным швом к верху. А для изготовления ниток, веревок использовался конский волос. Он брался только из гривы.

Женские и мужские предметы одежды отличались друг от друга, хотя застежка везде шилась на одну сторону. Мужские кожаны  украшались черными тряпочками-лентами, а женские – цветными (в два-три цвета) тканями или лентами, которые привозились из Тувинии или Бурятии. Чаще это был геометрический орнамент по груди от плеча до пояса и далее прямые линии по подолу одежды. Кожаны подвязывались трехметровыми красными или другого цвета поясами. Платья шились по такому же принципу, но позднее использовались и шелковые ткани.

Праздничное платье, сшитое на манер тона (кожана)  Елены Михайловны Кангараевой 1902 г.р.Подобное платье было у Елены Михайловны Кангараевой 1902 г.р. ). Фотография  была сделана в 1962 г., поэтому трудно   сказать о происхождении ткани, использованной для шитья платья. Но наличие в орнаменте ткани свастики, по предположению Д.А.Болдырева-Казарина, является влиянием алтайцев, кочевников Барабинских степей, частью саратов, таджиков. Эти орнаментальные мотивы встречались довольно часто в Восточной Сибири в русском орнаменте.

Позднее тофаларские женщины стали носить более удобную одежду, чем кожаны – платья из материала. Обычно это прямое платье на кокетке или с отрезной талией. Праздничное платье могло быть с файбарой на кокетке или цветной лентой. Существовали некоторые различия в женском платье. Шелковые, простые платья для  молодых  женщин   и для девушек шили узкими и длинными, а для женщин более солидного возраста – шире и короче. Покрой этой одежды очень прост: в виде рубахи на кокетке со складками от кокетки и по шву рукава. Рукав заужен или рубашечный. Простые платья шили из привезенных от русских бязи, ситца или кумача.

В качестве украшения на платье могла быть обшивка красной лентой по воротнику или мехом белки по обшлагу рукава.

Тофаларские мальчишки, как и взрослые мужчины, носили игровые куртки из замши, праздничные из   покупного сукна. Так же, как и платья, рубашки украшали тряпочками-лентами, геометрическим  орнаментом. Крой похож на русскую косоворотку.

Кроме этой одежды, девочки и женщины носили юбки со складками длиною до щиколотки, сверху надевали тонкий халатик с поясом. Халат мог быть короче платья или юбки.

Пояс как для женщин, так и для мужчин,   мог быть из шелка или атласа. По-видимому, он имел большое значение в одежде тофов. Чтобы иметь пояс, тоф мог уйти далеко от своего жилища: в Туву, Бурятию или даже в Монголию. Преобладали цвета красный, синий, зеленый, но не белый. Лишь на охоту надевался кожаный пояс. Летом поясом подвязывались концами с одной стороны, а зимой  концами с двух сторон.

Основной головной убор у женщин – это повязанный вокруг головы концами с затылка по лбу без узла. В праздничные дни на голову надевали нарядные цветные платки с кистями, завезенные от русских. Или надет тонкий платок, а поверх него – яркий, с широким узором или чисто красный с кистями. Этот второй платок одним концом накидывался через плечо, другим – под мышкой, и завязывался  на груди ближе к талии. Кроме красивых платков голова тофаларки украшалась лентами из черных ниток-мулине, вплетенными в косы монетками.

Практически украшения женщины и девушки ничем не различались, их количество зависело от достатка семейства. Но наиболее зажиточные женщины расшивали свою одежду и головные уборы бисером, купленным у бурят, русских, тувинцев, и оторачивали  рукава платьев, кожаны, шапочки, жилеты мехом соболя. Для такой тонкой работы, как вышивка (хотя и довольно примитивная), нужно было умение. Поэтому  зажиточная тофаларка, имеющая бисер, могла заказать себе костюм мастерицам, которые зарабатывали таким образом себе средства. Эти же мастерицы шили костюмы шаману.

Костюм шамана. Выпллнен М.И. Пугачевым в 2001 г. Принадлежит историко-краеведческому музею г. Нижнеудинска.Костюм для шамана особый, он должен был  выглядеть устрашающе, со всевозможными подвесками, побрякушками, кистями, полосками с имитацией скелета человека, чтобы внушать людям по отношению к шаману уважение и страх.

 

 

 

Или вот тоже костюм шамана, который  выполнен современным шаманом Степаном Николаевичем Арактаевым, жившим в с. Алыгджер (умер в 1999 г.). Он сшит из ситцевых тканей разного цвета с преобладанием красного.

 

 

Женщины любого народа  всегда очень любили себя украшать. Мужчины старались тофаларкам (так женщины называют себя сами) угодить, покупая им бусы, браслеты медные и серебряные. На старых фотографиях и по рассказам старожилов женские руки обязательно украшались кольцами и перстнями. Кроме меди и серебра, в Тофаларии (по рассказам) было и золото. Даже дети играли слитками – алтан-золото. О ценности его тофы знали или догадывались, но обработать его не могли. Даже самых примитивных украшений из золота местные жители припомнить не могли. Обработкой золота занимались буряты и монголы и продавали тофам за пушнину.

tofunt.jpg (24131 bytes)Возвращаясь к тофаларской одежде, надо сказать, что женщины этой страны прекрасно умели выделывать шкуры животных, тонировать их, продымляя над кострами и придавая тем красивый оттенок и прочность. Шкуры использовались очень рационально. Например, центральная часть шкуры оленя шла на изготовление верхней одежды, шкура же, снятая с ног оленя, употреблялась на пошив обуви, камусов. Обувь тофалары шили мехом внутрь (унты) с загибом на верхней части, и перевязывали их веревочкой из замши .

 

Кроме того, из кожи шили различные сумки (, шкатулки, поясные кошельки для охотников и украшали все это удивительным камнем – кастаринским ). Этот камень считался священным и служил амулетом. Это, пожалуй, единственный камень загадочного происхождения, который использовался в качестве украшения, несет национальный характер.